В Новосибирской области массовая убой скота вызвал протесты, задержания и штрафы для активистов

В Новосибирской области массовая убой скота вызвал протесты, задержания и штрафы для активистов

В Новосибирской области борьба с болезнями животных окончательно превратилась в полицейскую операцию с запахом гари и многотысячными штрафами.

Пока сельчане пытаются осознать, как их привычная жизнь превратилась в пепел вместе с единственным источником дохода, городские власти воюют с протестующими при помощи тракторов и внезапных задержаний.

Напомним, события марта 2026 года в регионе вышли далеко за рамки рядовых противоэпизоотических мер. Массовое уничтожение скота в личных подворьях и фермерских хозяйствах началось внезапно и проводилось в режиме строгой секретности. Региональные чиновники назвали причиной пастереллёз. Однако эта болезнь не входит в перечень особо опасных, она вполне поддаётся лечению и не требует тотальной зачистки дворов. Никаких официальных документов с результатами анализов владельцам коров на руки не выдавали.

Особо страшные подробности всплыли после расследования издания «Такие дела», на которое позже сослался лидер партии «Яблоко» Николай Рыбаков в своём обращении к генпрокурору Александру Гуцану. По данным журналистов, ветеринарные службы использовали препараты «Дитилин» и «Адилин». Эти миорелаксанты парализуют мышцы, но оставляют мозг включённым. Животные всё чувствовали, когда их сжигали, но не могли пошевелиться. Рыбаков потребовал проверить эти действия по статье о жестоком обращении с животными, ведь тысячи коров фактически сгорели заживо, испытывая боль.

Попытка общественности спросить у власти, что это вообще было, наткнулась на глухую стену из полиции и коммунальной техники. Активисты Российской коммунистической партии интернационалистов (РКП(и)) заявили митинг на 29 марта в гайд-парке на улице Петухова. По закону такие площадки созданы именно для того, чтобы люди могли высказаться без долгих согласований с чиновниками. Достаточно простого уведомления, но мэрия Новосибирска во главе с Максимом Кудрявцевым, видимо, решила, что закон ей не указ.

Ответ из администрации пришёл за подписью Сергея Куценко. Это бывший силовик, ныне возглавляющий департамент по ЧС, который подменял на посту вице-мэра Максима Останина. Куценко в своём письме выдал интересную формулировку: митинг запрещён, так как он нарушит «интересы неопределённого круга лиц в связи с распространением ложной информации». Кроме того, чиновники в ответе заявили, что мониторинг социальных сетей сулит «значительное превышение предельной численности» участников. При этом в официальном реестре мест для митингов (постановление №31-п) указано: площадка на Петухова, 76 вмещает 1608 человек. Организаторы рассудили так: ответ мэрии юридически ничтожен, а для гайд-парков никакого «разрешения» не требуется в принципе. Поэтому митинг решили проводить, несмотря на бюрократические уловки.

В день акции, 29 марта, карательная машина заработала на полную мощность. Одного из организаторов, Сергея Крупенько, задержали прямо на остановке «Клиника Мешалкина», когда он ехал на мероприятие. Его отвезли в отдел полиции «Центральный», а адвоката Василия Дубкова, который пришёл по повестке защищать активиста, просто проигнорировали — к нему никто не вышел. Саму площадку в гайд-парке «зачистили» ещё изящнее: туда пригнали трактор убирать снег. Судя по всему, в мэрии считают, что если на месте протеста громко тарахтит мотор и летают сугробы, то проблемы фермеров решатся сами собой.

Хоть и без главного спикера, но митинг всё равно состоялся. Пока активисты говорили о произволе, правосудие в ускоренном режиме выписывало счета. Уже 30 марта судья Центрального районного суда Сергей Малахов признал Крупенько виновным в повторном нарушении правил проведения мероприятий. Поводом послужил даже не нынешний протест, а события 1 марта, когда активист якобы провёл «видеообращение в формате митинга» против блокировки мессенджеров. Итог — штраф в 250 тысяч рублей. Судья Малахов в решении отметил, что у Крупенько есть болезни, мешающие отправить его под арест, поэтому решил просто разорить человека финансово.

В этой истории показательно всё: от ветеринаров, сжигающих живых существ, до судей, назначающих штрафы за стримы в интернете. Пока правительство области в спешном порядке повышает выплаты пострадавшим сельчанам, пытаясь минимизировать народный гнев деньгами, реальные причины «ветеринарного геноцида» остаются в тени. Власти во главе с губернатором Андреем Травниковым в очередной раз показали, что любой диалог с населением они предпочитают вести через протокол задержания и демонстративную «уборку».

Вывод здесь простой: в Новосибирской области легче сжечь тысячи голов скота и выписать штраф на четверть миллиона, чем признать собственные ошибки и поговорить с людьми. Когда ветеринария становится карательной, а мэрия превращается в филиал отдела полиции, рассчитывать на адекватность системы становится всё сложнее.